Сми о нас

Елена Кудымова

Директор по связям с общественностью

+7 (499) 755-20-20 pr@metrium.ru

Сенатор поневоле

Компания

На волне американских санкций группа компаний "Русагро" семьи сенатора от Белгородской области Вадима Мошковича объявила о крупнейшем за всю историю государства агропромышленном проекте на Дальнем Востоке. Главный прицел - импорт в страны Юго-Восточной Азии, цена вопроса - свыше 60 млрд руб. Речь идет о производстве кукурузы и сои, строительстве свинокомплексов, об организации молочного, масложирового и даже рыбного производства.

"Проект очень перспективен, - рассуждает первый заместитель председателя комитета Госдумы по аграрным вопросам Айрат Хайруллин. - Рядом расположены густонаселенный Китай и Япония, которая является одним из крупнейших импортеров продовольствия. "Русагро" реализовала свои проекты в западной части России и сейчас диверсифицирует бизнес. А американские санкции ей только на руку".

"Возможно, "поход" на Дальний Восток - это госпризыв, - предполагает ведущий эксперт Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Евгений Иванов. - Или "бартер" с государством ради продвижения других проектов". На этом "госпризыве" можно неплохо заработать, компенсируя таким образом трудности девелоперского холдинга "Авгур эстейт" Мошковича, возникшие с освоением территорий "новой Москвы".

Водка Дальний Восток получит на развитие региона из федерального бюджета более 346 млрд руб. До 2020 г. госпрограмма развития сельского хозяйства подразумевает выделение аграриям свыше 250 млрд руб. И "Русагро" - среди бенефициаров этой госпомощи. "Мошкович принадлежит к новой плеяде аграриев, которые появились в начале 2000-х, вытеснив "красных директоров" совхозов и колхозов, - отмечает руководитель Центра по изучению проблем взаимодействия бизнеса и власти Павел Толстых. - Они поменяли подход к аграрному лоббизму, перейдя от выбивания всевозможных компенсаций и льгот к партнерской модели: правительство разрабатывает и готовит госпрограммы, а бизнес удачно в них включается".

Так было не всегда, и в большой бизнес будущий сенатор попал волей случая. "Во все рынки, на которых мы работали и работаем, я попал случайно", - рассказывал в интервью журналу "Карьера" Вадим Мошкович. И это похоже на правду. Иначе как объяснить то, что мальчик из интеллигентной московской семьи, закончивший одну из самых престижных математических школ (№ 57), начал торговать сначала водкой, потом сахаром, а затем увлекся сельским хозяйством?

Еще учась в МИРЭА, Вадим Мошкович попал на Московскую товарно-сырьевую биржу Константина Борового. "За один день я тогда заработал на машину, - вспоминал бизнесмен. - Тогда можно было стать миллионером, проработай я там дольше". Но родители не могли ему позволить иметь незаконченное высшее образование. Получив диплом и располагая опытом биржевых сделок, Мошкович основал строительную компанию "Авгур эстейт", которая начинала свою деятельность в качестве агентства недвижимости. Год спустя он стал соучредителем и руководителем ТОО "Мэлла лимитед", беспошлинно ввозившего в Россию американскую водку.

В открытых источниках можно найти информацию, что один из контрактов Национального фонда спорта (НФС, согласно указу тогдашнего президента РФ Бориса Ельцина, имел право беспошлинно импортировать алкогольную и табачную продукцию) на поставку водки "Белый орел" достался "Мэлла лимитед". Производил ее выходец из СП "Русская Америка" Леонид Баранчук, к тому времени уже разошедшийся со своими партнерами - Марком Нуделем и Яковом Тилипманом. В 1991 г. они начали с импорта в Россию обуви и дубленок, но состояние сделали на водке "Кремлевская" и спирте Royal.

Сахар Продажей водки Мошкович занимался недолго. В 1996 г. НФС лишился президентских льгот. Но к тому времени предприниматель увлекся новым бизнесом. В 1995 г. он учредил фирму "Шугар трейдинг" и начал поставлять сахар на крупнейшие кондитерские фабрики - "Красный Октябрь", "Рот Фронт", "Бабаевский". Как получилось, что малоизвестная коммерческая структура вдруг превратилась в партнера крупнейших шоколадных фабрик? "Вы помните, что тогда творилось на рынке? Прежние механизмы снабжения были разрушены. (...) Не было еще стабильных поставщиков, не было ни одной компании с именем", - объяснял этот феномен Вадим Мошкович. В экономике царил хаос. Оборотных средств не имелось, все решал бартер. Серьезными игроками на рынке считались люди с $20 000-30 000 - цена двухкомнатной квартиры-хрущевки. Соответственно как такового порога для входа на рынок не существовало. Как в старом анекдоте: встречаются два бизнесмена, у одного вагон сахара, у второго $3000. Ударили по рукам. Первый пошел искать товар, второй - деньги.

"Выгодным делом был импорт кубинского сахара-сырца в обмен на поставки российской нефти, - вспоминает Евгений Иванов. - Но по этой схеме по тендерам Министерства внешних экономических связей тогда работало только две компании - "Альфа-эко" Михаила Фридмана и "Менатеп-Импэкс" Михаила Ходорковского". Остальные примерно 500 мелких фирм возили сахар из Украины и Европы. Среди них и "Шугар трейдинг". Они нашли свою нишу - меняли российский мазут на украинский сахар. С каждой тонны украинского сахара при оптовой цене $750 выходило $250 прибыли, рассказывал в интервью журналу "Секрет фирмы" Вадим Мошкович. Однако подобный бизнес чиновники очень быстро прикрыли: в 1997 г. правительство ввело импортные пошлины на украинский сахар. Импорт убивал колхозы, растившие сахарную свеклу, останавливал работу перерабатывающих заводов. У продавцов не оставалось выбора: либо уходить с рынка, либо заходить на сахарные производства. За три года - с 1997 г. по 1999 г. - Мошкович купил три сахарных завода в Белгородской области и оказался в тройке лидеров, заняв 19% рынка. Поставки шли уже на 20 кондитерских фабрик в 50 регионах.

Масло Появились на исходе 1990-х и другие доходные направления - зерно и масложир (переработка масличных культур). В конце 2000 г. Вадим Мошкович зарегистрировал компанию "Русагро-Инвест", объединившую все его агропроекты. Она начала "пылесосить" рынок на предмет интересных активов. В состав "Русагро" вошел Краснодарский МЖК, два элеватора и Усть-Лабинский сахарный завод (Краснодарский край). В 2001 г. "Русагро" слилась с предприятием "Роспрод", владеющим сахарным заводом в Тамбовской области и 57% акций Аннинского МЭЗа в Воронежской области.

Назвать M&A-сделки "Русагро" дружественными вряд ли можно. В 2001 г. "Русагро" боролась за контроль над Аннинским МЭЗом с группой "Разгуляй" Игоря Потапенко. До этого имел место конфликт в Краснодаре. Бывший член совета директоров и миноритарный акционер Краснодарского МЖК Абдулшейх Ганижев говорил в одном интервью, что до прихода "Русагро" у него и еще нескольких менеджеров на руках был 41% акций, а после допэмиссии в пользу структур "Русагро" осталось 6,6%. Сотрудники предприятия слали письма в прокуратуру, обвиняя новых владельцев в увольнениях, выводе активов и развале предприятия. В 2003 г. началась борьба "Русагро" за контроль над Кропоткинским МЭЗом с "Русской бакалеей" Александра Старцева. Экс-гендиректор и акционер Кропоткинского МЭЗа Виктор Жарко и гендиректор "Русской бакалеи" Александр Старцев обвиняли "Русагро" и "Сигму" Павла Свирского в недружественном захвате МЭЗа. Историю этого противостояния рассматривала комиссия по этике РСПП и квалифицировала его как "захват предприятия" со стороны "Русагро" и "Сигмы". Конфликты вокруг активов "Русагро" продолжились и в 2005 г., уже за контроль над Кропоткинским и Лабинским МЭЗами, холдингом NTP Group и группой "ОГО".

Когда в 2006 г. Мошкович стал сенатором от Белгородской области, участники рынка отмечали, что подобным образом бизнесмен гарантировал себе неприкосновенность, тем более, что за все время работы в Совфеде он себя никак не проявил и ничем особенным не запомнился. Например, в прошлом году он принял участие в разработке лишь одного законопроекта, и то инициированного его коллегами. В начале 2014 г. на фоне кампании по "выдавливанию" бизнесменов из Госдумы и Совфеда пошли слухи, что Мошкович покинет верхнюю палату парламента, но они не подтвердились. "Вопрос о замене Мошковича не обсуждался, - заявил "Ко" первый вице-губернатор Белгородской области Валерий Сергачев. - Инициативы не было ни со стороны администрации области, ни со стороны самого Вадима Николаевича. Область устраивает, как он работает".

Сбербанк Собственных средств в аграрный бизнес Вадим Мошкович, похоже, практически не вкладывал. "Тогда это была большая афера с участием государства и госбанков, - комментирует историю создания российских агрохолдингов директор ЗАО "Совхоз имени Ленина" Павел Грудинин. - Доказать невозможно, но я убежден в том, что банки давали деньги только по одной причине - за "откат". И на этом была построена вся огромная система кредитования сельского хозяйства". "Если говорить о "Русагро", то у этой компании всегда были особые отношения со Сбербанком, который выступал основным кредитором Вадима Мошковича", - подчеркивает Евгений Иванов.

Сбербанк кредитовал практически все аграропроекты "Русагро" и девелоперские проекты "Авгур эстейт". Если компании приходилось туго, банк явно шел навстречу. Например, весной 2008 г. "Авгур эстейт" выкупила у "Сбера" недостроенный бизнес-центр "Царев сад", однако, когда ситуация на рынке недвижимости стала патовой из-за кризиса, вернула долгострой кредитному учреждению без каких-либо проблем.

Еще одна знаковая история, не обошедшаяся без участия Сбербанка, - это поглощение "Русагро" торгового дома "Роспрод". Возглавлял тогда крупнейшее кредитное учреждение страны Андрей Казьмин. Половина компании принадлежала "Сберу", другая половина - менеджерам торгового дома, выходцам из "Менатеп-Импекса", во главе с гендиректором "Роспрода" Алексеем Рубинчиком. Благодаря кредитам Сбербанка "Роспрод" в конце 1990-х быстро занял позиции на сахарном рынке. В 1999 г. компания переработала около 520 000 тонн сахара-сырца, войдя в тройку лидеров по импорту этого продукта. Но так же быстро у нее начались проблемы, связанные с резким падением цен на сахар. В результате в 2000 г. "Роспрод" резко сократил импорт сахара-сырца и продажу белого сахара.

О сделке с "Русагро" было объявлено в феврале 2001 г. В качестве цели объединения декларировалось увеличение доли компаний на сахарном рынке. Но эксперты подозревали, что конечная цель была иной. По версии сервиса Russian Sugar Information (RSI), скорее всего, "Русагро" выкупила у Сбербанка долги "Роспрода" в обмен на кредит, необходимый для покупки прав на поставку сахара-сырца в рамках тарифной квоты. За три месяца до объявления сделки "Русагро" стала крупнейшим покупателем на аукционе квот, потратив на это около $40 млн. По другой версии, "Русагро" просто выкупила акции "Роспрода" за $20 млн, за что получила еще и кредит от "Сбера" на $120 млн. Правда, в самой "Русагро" это тогда опровергли. Так или иначе, но в 2001 г. в собственности "Русагро" оказалось 50 000 га земли, а заводы Мошковича производили около 900 000 тонн белого сахара в год.

Стоит отдать должное менеджерам "Русагро": компания всегда была наименее закредитованной среди других агрокомплексов, выделяясь разумной стратегией развития. Например, в 2004 г., после того, как чиновники ужесточили правила игры на сахарном рынке и в сельском хозяйстве, Вадим Мошкович занялся реструктуризацией своих активов, избавляясь от лишнего. "Он сохранил сахарные заводы и колхозы вокруг них только в двух регионах - Белгородской и Тамбовской областях, - рассказывает Евгений Иванов. - Были проданы элеваторы, маслоэкстракционные заводы, сахарный завод в Краснодаре". Почему? "Работа в ограниченном числе регионов и отраслей повышает управляемость холдинга", - объясняет эксперт.

Вторая волна активности "Русагро" стартовала в 2003-2004 гг., когда появились нацпроект "Развитие АПК" и госпрограмма по поддержке животноводства. "Тогда было введено тарифное квотирование на импорт мяса", - напоминает президент Мясного союза России Мушег Мамиконян. Компания тут же организовала строительство двух крупных свинокомплексов, опять же в Белгородской и Тамбовской областях. И снова в партнерстве со Сбербанком.

О непростых отношениях "Русагро" со Сбербанком, в частности, с его экс-руководителем Андреем Казьминым, может косвенно свидетельствовать еще одна история - продажа Микаилом Шишхановым Бинбанка Вадиму Мошковичу. О готовящейся сделке стало известно в феврале 2008 г. Микаил Шишханов собирался отойти от банковского бизнеса, но решение о продаже было принято после того, как налоговики и правоохранительные органы предъявили серьезные претензии компании "Русснефть", которую основал и возглавлял угодивший в опалу и уехавший в Лондон бизнесмен Михаил Гуцериев - дядя Шишханова. РИА "Новости" сообщало, что конечным покупателем выступит на тот момент глава Связь-банка, гражданская жена Андрея Казьмина Алла Алешкина. Связь-банк был опорным для "Почты России", которую возглавил Андрей Казьмин после ухода из Сбербанка. Бинбанк дополнил бы бизнес Алешкиной и Казьмина. Сделка в результате не состоялась: Шишханов передумал продавать банк, а через некоторое время давление Кремля на Гуцериева ослабло, и он вернулся в Россию.

Собинбанк Если "Сбер" оказывал проектам Вадима Мошковича исключительно финансовую поддержку, то административный ресурс у будущего сенатора появился благодаря Собинбанку. Участники рынка рассказывают, что бизнесмен еще в 1990-х подружился с известным банкиром Сергеем Кириленко, и многие проекты реализованы в том числе благодаря этой дружбе. Прямых доказательств тому нет, но именно через Кириленко прослеживаются связи Мошковича с экс-владельцем "МДМ банка" Андреем Мельниченко, учредителем концерна "Олби" Олегом Бойко, бизнесменом Александром Мамутом и даже с основателем компании "Седьмой континент" и нынешним губернатором Тульской области Владимиром Груздевым. Попробуем проследить эту цепочку.

Давний партнер Кириленко - нынешний владелец "Седьмого континента" Александр Занадворов. Они могли познакомиться в КБ "Индустрия-Сервис", где оба работали в начале 1990-х. Предправления этой кредитной организации был небезызвестный Олег Мартынов, а сам банк обслуживал концерн "Олби". Кириленко устроился в один из обменников банка в 1992 г., Занадворов - кассиром в отдел неторговых операций годом позже. В 1994 г. Кириленко вместе с тогдашним совладельцем "МДМ банка" Андреем Мельниченко организовали оптовый обменный пункт, работавший под вывеской "Индустрия-Сервис" и "МДМ банка" - "Объединенный валютный дом". Это была своеобразная торговая площадка для сделок с наличной валютой. Но проект развалился после "черного вторника" 1994 г. Ненадолго Занадворов с Кириленко перебрались в "Национальный кредит", как раз после того, как в мае 1995 г. Мартынов объявил о слиянии "Индустрии-Сервис" с банком Олега Бойко. КБ "Индустрия-Сервис" выступил одним из основателей "Национального кредита" (30% акций).

Занадворов и Кириленко недолго оставались менеджерами. В 1995 г. они получили контроль над Собинбанком. К их команде тогда присоединился еще один выходец из "Объединенного валютного дома" - Константин Беков. Выкупили менеджеры банк позднее, в 2003 г., а тогда просто договорились с акционерами, что будут управлять кредитной организацией.

Дела у банка пошли в гору. Он занял помещения, некогда принадлежавшие организациям Олега Бойко. В 1997 г. в числе пяти кредитных учреждений Собинбанк стал победителем тендера на предоставление кредита объемом 800 млрд руб. для строительства международной космической станции "Альфа". Минфин выбрал Собинбанк (в числе 24 банков) уполномоченным на участие в схеме обратных зачетов, а также уполномоченным по ведению бюджетных счетов. В 1998 г. Собинбанк получил статус уполномоченного банка Мингосимущества РФ.

Стал банк получать и кредиты на развитие АПК, что было, безусловно, на руку Вадиму Мошковичу. В Собинбанк на обслуживание пришли предприятия дорожной и строительной отрасли Москвы и области. Как это все удалось провернуть? Александр Занадворов является хорошим другом бизнесмена Умара Джабраилова, и даже был его партнером: в 1998 г. Собинбанк и компания "Манежная площадь", которой руководил Джабраилов, купили пакеты акций друг друга. Известны личные связи Занадворова с тогдашним главой столичного департамента инвестиционных программ строительства (ДИПС) Леонидом Краснянским. В 2002 г. Занадворов стал партнером Владимира Груздева по ритейл-бизнесу. Естественно, в банке начал обслуживаться "Седьмой континент". Год спустя Занадворов, Кириленко, Беков и Мошкович стали уже основными владельцами Собинбанка. У хозяина "Русагро" оказался 11-процентный пакет банка. Взамен Сергей Кириленко получил 19% ООО "ГК "Русагро".

Развод История Сергея Кириленко и Константина Бекова в Собинбанке закончилась в 2008 г. В октябре, в разгар кризиса, за символическую цену его приобрел Газэнергопромбанк. Тогда же Кириленко продал Мошковичу и свою 49-процентную долю в ГК "Масштаб", оставив за собой из 4000 га по Калужскому шоссе около 1000 га. Участники рынка тогда говорили, что между Вадимом Мошковичем и Сергеем Кириленко существовало недопонимание относительно дальнейшей стратегии развития "Масштаба", происходили частые скандалы, приведшие к "разводу" в бизнесе. Сергей Кириленко оказался недоступен для комментариев, Константин Беков заявил "Ко", что не хочет обсуждать историю партнерства с Вадимом Мошковичем и свою работу в Собинбанке. В "Русагро", ГК "Масштаб" и "Авгур эстейт" не ответили на запросы редакции.

Банковский бизнес на том для Кириленко не закончился. Он сохранил за собой принадлежавший Собинбанку Русский ипотечный банк, где ныне является председателем правления, а Константин Беков - главой совета директоров. Девелоперским бизнесом Сергея Кириленко сейчас занимается компания "Инвесттраст", ее гендиректор - экс-гендиректор ГК "Масштаб" Илья Гаврилов. Компания застраивает Ватутинки, расположенные сразу за землями Вадима Мошковича. Не исключено, что это те самые 1000 га, отошедшие бизнесмену после продажи "Масштаба". Хотя, по другой информации, собственником земли под проектом "Новые Ватутинки" является семья губернатора Тульской области Владимира Груздева. И это их совместный проект, один из крупнейших на территории "новой Москвы". По данным "Метриум групп", "Новые Ватутинки" (710 000 кв. м) уступают только проектам группы "Абсолют" (2,6 млн кв. м) и ГК "ПИК" (1,342 млн кв. м).

Претензий к земле, на которой строит "Авгур эстейт", возникнуть не должно. Вадим Мошкович не раз подчеркивал, что не занимался их скупкой. Возможно, это делали его партнеры по Собинбанку и ГК "Масштаб", а сенатор оказался добросовестным покупателем. "Скупка земель началась в 2002 г., после того как был принят закон об обороте земель сельхозназначения, - рассказывает Павел Грудинин. - К тому времени все основные сырьевые и промышленные активы были уже распределены между олигархами, и единственное, что оставалось нетронутым - это земля". Так начался большой передел земельных активов. Как ГК "Масштаб" получила Коммунарку? "Видимо, директору совхоза сделали такое предложение, от которого он не смог отказаться", - полагает Павел Грудинин. Коммунарка была одним из самых прогрессивных хозяйств, давала 50 тонн молока в день, а после того, как там появился Мошкович, фермы закрыли - они оказались не так рентабельны, как девелопмент.

Стройка Казалось бы, Вадим Мошкович стал одним из немногих бенефициаров от расширения Москвы. Вокруг Коммунарки "Авгур эстейт" планировала построить мини-город: около 20 млн кв. м нового жилья, более 0,6 млн кв. м социальных объектов и примерно 3 млн кв. м коммерческой недвижимости. Но с девелопментом у нее сейчас не все гладко.

"Новая Москва" - один из знаковых проектов времен президентства Дмитрия Медведева, появившийся на фоне отставок столичного мэра Юрия Лужкова и подмосковного губернатора Бориса Громова. Тогда говорили о переезде за МКАД едва ли не всех представителей исполнительной и законодательной власти, включая федеральные министерства и ведомства. Новая административная столица России должна была "родиться" в поселке Коммунарка, как раз на землях, принадлежащих Вадиму Мошковичу.

"После отставки Лужкова было принято решение о массовой застройке территории "новой Москвы". В пределах МКАД уже не оставалось крупных территорий, а точечная застройка не могда быть столь масштабной, - комментирует директор Центра политологических исследований Финансового университета Павел Салин. - Расчет бизнесменов, в том числе и Мошковича, был на то, что государство построит инфраструктуру - транспортную, электрическую, газовую, а сливки будут снимать новые бенефициары - строить жилье и продавать. Но вскоре стало понятно, что денег в бюджете нет, и чиновники быстро переориентировались на реконструкцию столичной инфраструктуры. Это новое "золотое дно", куда уже пришли компании Геннадия Тимченко и Аркадия Ротенберга. Проект "новой Москвы" начал подвисать".

Не помогла и "дарственная": Вадим Мошкович передал 307 га земли в Коммунарке под столичных чиновников. В этом году "Авгур эстейт" была готова пойти на софинансирование (с мэрией) строительства метро. Речь идет о сумме примерно в 40 млрд руб. Но застройщик не готов платить наличными и сейчас. Вы постройте, а мы компенсируем часть затрат с продаж недвижимости. В лучшем случае это произойдет в 2018 г. Расчет очевиден: стоимость недвижимости на присоединенных к Москве территориях за два года увеличилась на 25%, тогда как в целом по области - на 5%. Метро и новые магистрали способны увеличить стоимость квадратного метра еще на 15-20%. Компания готова поделиться только частью этих денег, но Москва не торопится принимать предложение. Значит, и возводимая там недвижимость не найдет спроса. Тем более что по цене она не уступает тем же Люберцам, Химкам и даже некоторым проектам в пределах МКАД.

Средняя цена у "Авгур эстейт" в Коммунарке - около 90 000 руб. за кв. м. Но и "Инвест-траст" уже в "Новых Ватутинках" (на 10-12 км дальше) продает квартиры в среднем по 87 000 руб. за кв. м. И продажи идут примерно одинаково - по 10 000-15 000 кв. м в месяц. Для амбиций Мошковича, планирующего застроить всю Коммунарку, этого мало.

Административный ресурс Вадима Мошковича, похоже, слабеет. Если два года назад все его начинания поддерживались, то сейчас к ним относятся с настороженностью. Возможно, поэтому он и диверсифицирует бизнес, отправляя "Русагро" на Дальний Восток. Впрочем, не стоит забывать и еще про один немаловажный фактор. В октябре следующего года у Мошковича истекают полномочия в Совфеде, а близость к власти и его лоббистские возможности во многом зависят от сегодняшней должности. Недаром принадлежащий его семье агропромышленный холдинг "Русагро" одним из "рисков бизнеса" в проспекте IPO в 2011 г. указал прекращение сенаторских полномочий Вадима Мошковича.

Андрей Красавин